2016 - Задание 07

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз

2016 - Задание 07

Сообщение  Admin в Сб Апр 02, 2016 12:42 pm

Наша новая тема - "Повествование и его формы".

Классической книгой на эту тему является монография Б.А. Успенского "Поэтика композиции" (ссылка), особенно следует в связи с предлагаемым заданием обратить внимание на главку "Внутренняя речь" (в разделе о фразеологическом плане выражения "точки зрения")

Рекомендую познакомиться и с этим:
http://www.listos.biz/филология/николаев-а-и-основы-литературоведения/анализ-смены-точек-зрения/
http://www.listos.biz/филология/николаев-а-и-основы-литературоведения/анализ-формы-организации-повествования/

После этого - практическая часть. Прочитайте рассказ Амброуза Бирса "Случай на мосту через Совиный ручей":
http://lib.ru/INPROZ/BIRS/rasskaz2.txt

Следует определить, какие формы повествования использованы в каждой из трёх частей рассказа.

И еще: прошу иметь текст рассказа с собой!

Admin
Admin

Сообщения : 257
Дата регистрации : 2011-02-11

http://litved.forumbook.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: 2016 - Задание 07

Сообщение  Нечунаева Александра в Ср Апр 06, 2016 1:39 am

Часть 1

Панорамное повествование с элементами описания. 
«Удары раздавались через правильные промежутки. <...> Он ждал каждого удара с нетерпением и, сам не зная почему, со страхом» - авторский текст уподобляется тексту героя - Пэйтона Факуэра (несобственно-авторская речь). 
«Высвободить бы только руки, <...> моя жена и дети пока еще недосягаемы для захватчиков» - внутренний монолог (следы авторской обработки).

Часть 2

Сценическое повествование с элементами характеристики. 
«Янки восстанавливают железные дороги. <...> Теперь бревна высохли и вспыхнут, как пакля» - прямая речь, диалог.

Часть 3

Поток сознания. Большое количество описательных элементов (пейзажи), элементы характеристики (анализ ошибок, допущенных военными). 
Два внутренних монолога: «Лейтенант допустил ошибку. <...> Плохо, от всех не спасешься», «Больше они этого не сделают. <...> А пушка хорошая».
«Рота, смирно!.. Ружья к плечу!.. Целься... Пли!» - прямая речь.

Нечунаева Александра

Сообщения : 15
Дата регистрации : 2016-02-13

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: 2016 - Задание 07

Сообщение  Кравченко Виктория в Ср Апр 06, 2016 3:28 am

* Случай на мосту через Совиный ручей *

Часть 1.


В этой части представлен панорамный тип повествования, т.е. сам автор проявляет свое сознание в повествовании:


"Когда эти мысли, которые здесь приходится излагать словами, сложились в

сознании обреченного, точнее - молнией сверкнули в его мозгу, капитан сделал

знак сержанту."


Повествование оформлено в виде монолога(хотя автор и озвучивает нам мысли героя повествования (проблема несобственно-авторской речи), но другого "голоса" мы не слышим):


"Он открыл глаза и снова увидел воду под ногами. "Высвободить бы только

руки, - подумал он, - я сбросил бы петлю и прыгнул в воду. Если глубоко

нырнуть, пули меня не достанут, я бы доплыл до берега, скрылся в лесу и

пробрался домой. Мой дом, слава богу, далеко от фронта; моя жена и дети пока

еще недосягаемы для захватчиков".

Повествование ведется от лица автора-повествователя ( автор не учавствует в событиях, но повествование ведется от первого лица, мы видим комментарии и оценки автора):


"По кодексу военного этикета безмолвие и неподвижность знаменуют глубокое почтение."


или вот:


"Закон военного времени не

скупится на смертные приговоры для людей всякого рода, не исключая и

джентльменов."



Часть 2.


В этой части представлен панорманый тип повествования:


"По некоторым, не зависящим от него обстоятельствам, о которых здесь

нет надобности говорить, ему не удалось вступить в ряды храброго войска..."

В повествовании представлен диалог:


- А далеко до моста?- спросил Факуэр.




- Миль тридцать.




- А наш берег охраняется?




- Только сторожевой пост на линии, в полмили от реки, да часовой на мосту.



Повествование ведется от лица автора-повествователя ( автор не учавствует в событиях, но повествование ведется от первого лица, мы видим комментарии и оценки автора):


"Пэйтон Факуэр, состоятельный плантатор из старинной и весьма почтенной алабамской семьи, рабовладелец и, подобно многим рабовладельцам, участник политической борьбы за отделение Южных штатов, был ярым приверженцем дела южан."


Часть 3.



В этой части повествование дано в виде внутреннего монолога героя и авторских вставок :




"Падая в пролет моста, Пэйтон Факуэр потерял сознание и был уже словно

мертвый. Очнулся он - через тысячелетие, казалось ему, - от острой боли в

сдавленном горле, за которой последовало ощущение удушья. Мучительные,

резкие боли словно отталкивались от его шеи и расходились по всему телу."


В этой части нет диалога, но есть прямая речь другого персонажа:


- Рота. смирно!... Ружья к плечу!... Готовсь... Целься... Пли!


Довольно спорно, на мой взгляд, лицо повествователя в этой главе. Мысли, чувства,
ощущения описаны так подробно, что можно подумать, что повествование ведет сам герой ( герой-повествователь),
но затем читателя как-будто "вырывают" из повествования героя,
и с рассказа от первого лица следует резкий переход к третьему лицу:


"Лейтенант, - рассуждал он, - допустил ошибку, потому что действовал по

шаблону; больше он этого не сделает. Увернуться от залпа так же легко, как

от одной пули..."

а уже чуть позже:


"Свист и треск картечи в ветвях высоко над головой нарушили его грезы.

Канонир, обозлившись, наугад послал ему прощальный привет."

Кравченко Виктория

Сообщения : 11
Дата регистрации : 2016-02-16

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: 2016 - Задание 07

Сообщение  Носова Елизавета в Ср Апр 06, 2016 6:10 am

В произведении представлен нейтральный повествователь: он не имеет имени, повествование ведётся от третьего лица (с включением монологов и полилога).
I
Сначала повествователь находится достаточно далеко от героя, чтобы обозревать  и его, и офицера, но и достаточно близко, чтобы различать некоторые (впрочем, не самые мелкие) детали:  «несколько досок,
положенных на шпалы».  Затем повествователь отдаляется, его взгляду доступна обширная территория, после описания происходящего на ней, пространственная локализация приближается к герою у виселицы, его портрет описывается детально. В каждом случае повествование сначала сценично, после чего превращается в панорамное: предлагается логическое обоснование происходящего, причём в случае с рассуждением о смерти оно настолько вписано в мир Очевидно, не смотря на все мучения, он уснул на ходу представлений героев, что невозможно однозначно определить, не является ли это несобственно-прямой речью.
Постепенно точки зрения повествователя и героя сближаются. Фрагмент «По  сигналу
капитана  сержант  должен  был  шагнуть  в  сторону» может быть элементом панорамного повествования или отражать представления о казни кого-либо из её участников. Взгляд повествователя перемещается так же, как и взгляд героя, и сближение завершается несобственно-прямой речью «Как  медленно  оно  плыло!
Какая ленивая река!»
Одновременно возникают пространство воспоминаний и действительности, описанное в первую очередь через звуковые впечатления. Они изображены с точки зрения героя и внешнего наблюдателя («Они, словно ножом, резали ухо; он едва  удерживался  от  крика.
То, что он слышал, было тиканье его часов»), причём с точки зрения героя пространство действительности не воспринимается визуально. Когда он обратил внимание на реальность, в ней стало различаться меньше деталей, взгляд устремлён вглубь воды. Вводятся непосредственно переданные мысли героя, где в панорамном повествовании изображаемое постепенно отдаляется.
Затем вновь выступает повествователь, точка зрения которого по-прежнему приближена к точке зрения героя, что определяет панорамную форму.
 
II
 
Соотношение сценичного и панорамного описания – такое же, как в каждом из первых трёх абзацев предыдущей части: сначала – сценический тип, затем пояснение «Это  был  лазутчик
федеральных войск», превращающее его в панорамное.
Пространственная локализация  не совпадает с предшествующей частью: сначала на небольшом расстоянии от усадьбы, затем, при описании отдалённой во времени сцены, несколько более дальняя («Час спустя, когда уже стемнело, он снова проехал мимо плантации в обратном  направлении»)
В этой части введён полилог.
 
III
В начале третьей части точка зрения повествователя такая же, как в конце первой. Вновь сближение точек зрения приводит к несобственно-прямой речи («Смерть через повешение на дне реки! Что может быть нелепее?») После этого точки зрения перестают быть столь близкими (мысли героя передаются уже не несобственно-прямой речью, а внутренним монологом) однако повествователь погружается вместе с героем, причём этот факт вводится парамной организацией («По-видимому, он все еще погружался»). Пространственная локализация становится неопределённой: воспринимается только свет.
Затем повествователь смотрит на героя со стороны, но по-прежнему из-под воды, и точка осознаёт, что восприятие героя приближается к его: рассуждения, лежащие в основе панорамной организации, можно приписать как повествователю, так и герою. Затем следуют восклицания определённо от имени повествователя, что переводит к взгляду на героя со стороны (с небольшого расстояния). Затем повествователь отдаляется, его пространственная локализация уже не под водой, но вскоре она вновь приближается и даже точно совпадает с глазами героя («Рыбёшка скользнула у самых его глаз»). Движение описывается уже относительно героя («Весь мир стал медленно вращаться»), точка зрения воспринимается как статичная, какой бы ни была в действительности.
В следующей сцене пространственная локализация не смещается, но взгляд устремлён в конкретную точку – на людей, вписанную в обширное пространство: отдалённость от описываемого уменьшается и достигает необходимого предела, причём предпочтение отдаётся сценической организации.
Затем следуют монолог «Лейтенант допустил ошибку..» «Больше они этого не сделают…», причём конец второй его части (по крайней мере, в данной интернет-публикации) не обозначен кавычками, речь героя переходит в речь повествователя.
Пространственная локализация перемещается вместе с героем, отдалённость от описываемого соответствует естественной для восприятия пространства, где он находится.
 В повествование возвращается панорамная организация («Очевидно, не смотря на все мучения, он уснул на ходу…»), объясняющая смену пространственной локализации (теперь – у дома героя). Повествователь принимает картину, которую видит герой, и вновь возникает несобственно-прямая речь «Как она прекрасна!»
Смерть героя делает невозможной точку зрения повествователя, соотнесённую с видением им мира, и точка зрения резко меняется: повествователь несколько отдалён от реки, повествование сценично, так как нет никакого видения, требующего соотношения с действительностью и объяснения.

Носова Елизавета

Сообщения : 14
Дата регистрации : 2016-02-14

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: 2016 - Задание 07

Сообщение  Распутина Мария в Ср Апр 06, 2016 7:16 pm

В рассказе Амброуза Бирса "Случай на мосту через Совиный ручей" представлен нейтральный повествователь во всех трех частях. Рассказчик никак не обозначен: у него нет имени, он не принимает участия в описываемых событиях, повествование «от третьего лица». Но при этом в тексте обнаруживается внутренняя речь героя, диалог, полилог.
В первой части находим несобственно-авторскую речь (чужие голоса вплетаются в монологическую речь повествователя): «Смерть - высокая особа, и если она заранее оповещает о своем прибытии, ее следует принимать с официальными  изъявлениями  почета; это относится и к тем, кто с ней  на  короткой  ноге.  По  кодексу  военного этикета безмолвие и неподвижность знаменуют глубокое почтение». Эти слова принадлежат герою, о котором повествовалось выше: «Капитан, скрестив руки, молча следил за работой своих подчиненных, не делая никаких указаний»
 
Встречаем внутреннюю речь героя, который приговорен к казне: «Он заметил пляшущее в  воде бревно и проводил его взглядом вниз по  течению.  Как  медленно  оно  плыло! Какая ленивая река!»
 
Также вводится прямая речь героя: «Он открыл глаза и снова увидел воду под ногами. "Высвободить бы  только руки, - подумал он, - я сбросил бы петлю и  прыгнул  в  воду.  Если  глубоко нырнуть, пули меня не достанут, я бы доплыл до  берега,  скрылся  в  лесу  и пробрался домой. Мой дом, слава богу, далеко от фронта; моя жена и дети пока еще недосягаемы для захватчиков".
 
Во второй части находим диалог:
     - А далеко до моста?- спросил Факуэр.
     - Миль тридцать.
     - А наш берег охраняется?
В третьей части также находим внутреннюю речь: «Смерть через повешение на дне реки! Что может быть нелепее?».
 
Пространственная и субъектная локализация представлена следующим образом (исп. прием кинокамеры):
 В первой части в начале происходит постепенное приближение от общего плана к частному: «На железнодорожном мосту …стоял  человек  и смотрел вниз… Руки  у  него  были связаны за спиной. Шею стягивала веревка». Затем вновь широкий план: изображается окружающая местность. Затем камера останавливается (описывается внутренние переживания героя).
В первой главе сценическое повествование сочетается с панорамным.
 
Во второй части говорится о том, что происходило до событий, описанных в первой главе.  Пространственное изображение от общего плана к приближенному и вновь дальний. Представлено сценическое повествование («Не было услуги - пусть самой скромной, - которой он  с  готовностью не оказал бы делу Юга; не было такого рискованного предприятия,  на  которое он не  пошел  бы,  лишь  бы  против  него  не  восставала  совесть  человека)
 
В третьей части пространственная локализация изменяется: взгляд то на героя (вниз в воду), то вверх (на солдат).

 Точки зрения автора и героя очень близки («Он  стал  внимательно  следить  за своими попытками, равнодушный к  исходу  борьбы,  словно  праздный  зритель, следящий  за  работой  фокусника.   Какая   изумительная   ловкость!   Какая великолепная сверхчеловеческая сила! Ах, просто замечательно! Браво!») Но в конце повествователь отдаляется («Очевидно, не смотря на все мучения, он уснул на ходу, потому что теперь перед ним была совсем другая картина», «Пэйтон  Факуэр  был  мертв;  тело  его,  с  переломанной  шеей,   мерно покачивалось под стропилами моста через Совиный ручей». )

Распутина Мария

Сообщения : 13
Дата регистрации : 2016-02-13

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: 2016 - Задание 07

Сообщение  Ульяна Дадаева в Ср Апр 06, 2016 9:27 pm

        Рассказ композиционно разделен на три части, три маленькие главки, поочередно рассказывающие историю Пэйтона Факуэра, «состоятельного плантатора» и «участника политической борьбы за отделение Южных штатов». В первой части герой безымянен – это лишь смотрящий вниз человек, готовящийся к своей собственной казни.
      Примечательно в первой части довольно развёрнутое описание места будущей казни – импровизированного эшафота – и участников этой казни: офицера, сержанта, солдат и нескольких часовых. Никто из них не называется, более того, многие изображены статично: 
«Рота была повернута фронтом  к  мосту, солдаты застыли на месте, глядя прямо перед собой. Часовые, обращенные лицом каждый к своему  берегу,  казались  статуями,  поставленными  для  украшения моста». Возможно, именно поэтому так удачно включены в текст военные команды. Описание строевых приемов дается здесь как бы с двух точек зрения: со специальной военной (которая является внутренней по отношению к описываемому в рассказе действию) и нейтральной (по отношению к описываемому действию внешней).  Строевые приемы «вольно» и «на караул» сначала даются на специальном языке с помощью номинации, и сразу же переводятся на нейтральный язык развернутым описанием: «"на  караул",  то есть держа ружье вертикально, против левого плеча,  в  согнутой  под  прямым углом  руке,  -  поза  напряженная,  требующая  неестественного  выпрямления туловища»; «"вольно": приклады упирались в землю, стволы были слегка наклонены к правому плечу, руки скрещены над ложами».

        В первой части автор выступает нейтральным повествователемон никак не обозначен: у него нет имени, он не принимает участия в описываемых событиях. Это панорамный тип повествования.
Автор всезнающ и вездесущ: он не просто описывает сцену приготовления к казни, но словно проникает в сознание своего героя, и тогда читатель начинает видеть происходящее глазами героя: «Он заметил пляшущее в  воде бревно и проводил его взглядом вниз по  течению.  Как  медленно  оно  плыло! Какая ленивая река!» В двух предпоследних абзацах тип повествования сменяется на сценический – показано внутреннее состояние героя, выражено оно во внутреннем монологе: "Высвободить бы  только руки, - подумал он, - я сбросил бы петлю и  прыгнул  в  воду.  Если  глубоко нырнуть, пули меня не достанут, я бы доплыл до  берега,  скрылся  в  лесу  и пробрался домой. Мой дом, слава богу, далеко от фронта; моя жена и дети пока еще недосягаемы для захватчиков". Последний абзац – панорамный тип.
       Вторая часть ознаменована кратким изображением событий, предшествующих первой главке. Автор уже называет своего героя. Он вводит здесь диалог, в котором раскрывает гражданскую позицию Факуэра (примечательно: все, что произносит Факуэр – это лишь вопросы, направленные на то, чтобы разузнать побольше информации у солдата). Но фигура автора как нейтрального повествователя сохраняется. Однако снова происходит своего рода переход от панорамного типа повествования к сценическому (первый абзац второй части все еще принадлежит к панорамному типу повествования – это все еще рассказ о событиях – в то время, как остальная часть главки без последнего абзаца – уже сценический тип). Последний абзац – снова панорамный тип.
        Сценический тип повествования находит свое отражение в третьей части: это показ событий. Автор – все тот же нейтральный повествователь, но в этой главке обрабатывает слова своего героя, передавая его чувства и мысли и, тем самым, формирует внутреннюю речь:

  •        "Лейтенант, - рассуждал он, - допустил ошибку, потому что действовал пошаблону; больше он этого не сделает. Увернуться от залпа так же  легко,  какот одной пули. Он, должно быть, уже  скомандовал  стрелять  вразброд.  Плохо дело, от всех не спасешься".
  •      "Наденьте, наденьте опять!
  •       "Больше  они  этого  не  сделают,  -  думал Факуэр, - теперь они пустят в ход картечь. Нужно  следить  за  пушкой;  меня предостережет дым - звук ведь запаздывает; он отстает от выстрела.  А  пушка хорошая!

        Внутренняя речь здесь оформлена как прямая речь, но, тем не менее, это - воспроизведение размышлений персонажа, обращенных к самому себе и не произнесенных вслух. Раскрываются переживания героя, воссоздается его внутренний мир.
Кроме того, в третью часть включена и несобственно-прямая речь:

  •          «Очнулся он - через тысячелетие, казалось ему, - от  острой  боли  в сдавленном горле», 
  •         «Смерть через повешение на дне реки! Что может быть нелепее?»
  •        «Он открыл  глаза в темноте и увидел над головой слабый свет, но как далеко,  как  недосягаемо далеко!»
  •        «Какая   изумительная   ловкость!   Какая великолепная сверхчеловеческая сила! Ах, просто замечательно! Браво!»
  •         «Какой  мягкой  травой  заросла  эта неезженная дорога!»
  •         «Как она прекрасна

В эти моменты создается ощущение, будто автор-повествователь сближается с героем, и повествование ведется уже от лица героя. Это ощущение ломается последним предложением рассказа: «Пэйтон  Факуэр  был  мертв;  тело  его,  с  переломанной  шеей,   мерно покачивалось под стропилами моста через Совиный ручей». Снова автор-повествователь и панорамный тип. 

Ульяна Дадаева

Сообщения : 12
Дата регистрации : 2016-02-14

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: 2016 - Задание 07

Сообщение  Лилия Курбанская в Чт Апр 07, 2016 12:29 am

Часть 1
В первой части автор - нейтральный повествователь. Он никак не назван, рассказ ведётся от третьего лица. Тип повествования - панорамный. Автор прямо проявляет своё сознание в тексте: "Закон  военного  времени  не скупится на смертные  приговоры  для  людей  всякого  рода,  не исключая  и джентльменов". Но в конце первой части тип повествования больше тяготеет к сценическому. Автрор переключается с нейтральной позиции на позицию героя, и мы видим происходящее как бы его глазами: "Он  оценил  по достоинству простоту и практичность этого способа", "Он заметил пляшущее в  воде бревно и проводил его взглядом вниз по  течению.  Как  медленно  оно  плыло! Какая ленивая река!", "Он закрыл глаза, стараясь сосредоточить свои последние мысли на жене  и детях". В конце 1 части вводится внутренняя речь героя.

Часть 2.
Во второй части, так же, как и в первой, нейтральный повествователь. Рассказ ведётся от третьего лица. Тип повествования тоже панорамный: "По некоторым, не зависящим от него обстоятельствам,  о  которых  здесь нет надобности говорить, ему не удалось вступить  в  ряды  храброго войска, несчастливо сражавшегося и разгромленного  под  Коринфом,  и  он  томился  в бесславной праздности, стремясь приложить свои силы, мечтая об увлекательной жизни  воина,  ища  случая  отличиться". Здесь уже вводится диалог героя с солдатом.

Часть 3.
Здесь тип повествования сменяется сценическим. Мы видим всё происходящее глазами главного героя, понимаем, что он чувствует, о чём он думает. Автор не проявляет себя в тексте:"Он не  делал  сознательных  усилий,  но  по  острой  боли  в  запястьях догадался, что пытается высвободить руки", "Ему  казалось,  что  он  крикнул  это  своим рукам,  ибо  муки,  последовавшие  за  ослаблением  петли,   превзошли   все испытанное им до сих пор".  Но автор здесь, как и в предыдущих частях, нейтральный повествователь. Рассказ ведётся от третьего лица, но большую часть текста занимает внутренняя речь героя.

Лилия Курбанская

Сообщения : 13
Дата регистрации : 2016-02-17

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: 2016 - Задание 07

Сообщение  Алина Бенькович в Чт Апр 07, 2016 2:51 am

1 часть.

В первой части представлен панорамный тип повествования. Автор прямо проявляет свое сознание. Если говорить о "спектре значений" точки зрения, то мы имеем дело с пространственной локализацией. А.И. Николаев приводит сравнение писателя с кинооператором. И мы действительно видим, как "камера" снимает описываемое. Сначала она далеко:
"На железнодорожном мосту, в северной части Алабамы, стоял человек и смотрел вниз, на быстрые воды в двадцати футах под ним."
Затем "камера" приближается, охватывает различных описываемых в тексте героев. Осужденного человека, часовых, сержанта, сам пейзаж. Все это передается исключительно сознанием самого автора. Мы даже можем видеть некоторые из его догадок и мыслей:
"По-видимому, знать о том, что происходит на мосту, не входило в обязанности часовых; они только преграждали доступ к настилу."
"Смерть - высокая особа, и если она заранее оповещает о своем прибытии, ее следует принимать с официальными изъявлениями почета; это относится и к тем, кто с ней на короткой ноге."

Лишь в конце части автор плавно переходит с себя на героя, тип повествования перетекает из панорамного в сценический, локализация - из пространственной в субъектную.
Мы читаем внутренний монолог, принадлежащий не самому автору, но его герою:
"Он открыл глаза и снова увидел воду под ногами. "Высвободить бы только руки, - подумал он, - я сбросил бы петлю и прыгнул в воду. Если глубоко нырнуть, пули меня не достанут, я бы доплыл до берега, скрылся в лесу и пробрался домой. Мой дом, слава богу, далеко от фронта; моя жена и дети пока еще недосягаемы для захватчиков".
Автор здесь выступает в роли нейтрального повествователя. По Николаеву: "у него нет имени, он не принимает участия в описываемых событиях"

Часть 2.
Во второй части, как и в первой, так же представлено панорамное повествование, однако локализация уже больше субъектная, чем пространственная. Автор, выступающий в качестве нейтрального повествователя, лишь отмечает, что действие происходит в доме героя, а затем вовсе переходит к описанию диалога. В начале части, при жизнеописании героя, автор также не высказывает каких-либо своих мыслей, отдавая все внимание взглядам и стремлениям героя.

Часть 3.
В третьей части представлен сценический тип повествования. Мы видим все происходящие события глазами героя. Автор описывает его ощущения, его восприятие реальности, его действия и его намерения. Соответственно, представлена субъектная локализация, хотя имеются и элементы пространственной, ибо то, что "показывает камера" глазами героя, имеет такую же значимость, как и то, что герой ощущает:
"Он открыл глаза в темноте и увидел над головой слабый свет, но как далеко, как недосягаемо далеко! По-видимому, он все еще погружался, так как свет становился слабей и слабей, пока не осталось едва заметное мерцание. Затем свет опять стал больше и ярче, и он понял, что его выносит на поверхность, понял с сожалением, ибо теперь ему было хорошо".
Внутренняя речь представлена как размышления персонажа, принадлежащие только ему. Он их не высказывает, но автор показывает нам мысли героя, тем самым, как бы, напоминая о своем незримом присутствии.


Алина Бенькович

Сообщения : 12
Дата регистрации : 2016-02-16

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: 2016 - Задание 07

Сообщение  Татьяна Коровина в Чт Апр 07, 2016 4:40 am

Во все 3-х частях мы видим нейтрального повествователя и смену пространственной и субъектной локализации.

Часть 1:

1.Пространственная локализация:

На железнодорожном мосту, в северной части Алабамы, стоял человек и
смотрел вниз, на быстрые воды в двадцати футах под ним. Руки у него были
связаны за спиной. Шею стягивала веревка. Один конец ее был прикреплен к
поперечной балке над его головой и свешивался до его колен. Несколько досок,
положенных на шпалы, служили помостом для него и для его палачей - двух
солдат федеральной армии под началом сержанта, который в мирное время скорее
всего занимал должность помощника шерифа. Несколько поодаль, на том же
импровизированном эшафоте, стоял офицер в полной капитанской форме, при
оружии. На обоих концах моста стояло по часовому с ружьем "на караул", то
есть держа ружье вертикально, против левого плеча, в согнутой под прямым
углом руке, - поза напряженная, требующая неестественного выпрямления
туловища. По-видимому, знать о том, что происходит на мосту, не входило в
обязанности часовых; они только преграждали доступ к настилу.
Пространственная локализация, нейтральный повествователь

2. Субъектная локализация:
Он заметил пляшущее в воде
бревно и проводил его взглядом вниз по течению. Как медленно оно плыло!
Какая ленивая река!
Он закрыл глаза, стараясь сосредоточить свои последние мысли на жене и
детях. До сих пор вода, тронутая золотом раннего солнца, туман, застилавший
берега, ниже по течению - маленький форт, рота солдат, плывущее бревно - все
отвлекало его. А теперь он ощутил новую помеху. Какой-то звук, назойливый и
непонятный, перебивал его мысли о близких - резкое, отчетливое металлическое
постукивание, словно удары молота по наковальне: в нем была та же звонкость.
Он прислушивался, пытаясь определить, что это за звук и откуда он исходит;
он одновременно казался бесконечно далеким и очень близким. Удары
раздавались через правильные промежутки, но медленно, как похоронный звон.
Он ждал нового удара с нетерпением и, сам не зная почему, со страхом.
Постепенно промежутки между ударами удлинялись, паузы становились все
мучительнее. Чем реже раздавались звуки, тем большую силу и отчетливость они
приобретали. Они, словно ножом, резали ухо; он едва удерживался от крика.
То, что он слышал, было тиканье его часов.
Он открыл глаза и снова увидел воду под ногами. "Высвободить бы только
руки, - подумал он, - я сбросил бы петлю и прыгнул в воду. Если глубоко
нырнуть, пули меня не достанут, я бы доплыл до берега, скрылся в лесу и
пробрался домой. Мой дом, слава богу, далеко от фронта; моя жена и дети пока
еще недосягаемы для захватчиков".

3.
Пространственная локализация:

Когда эти мысли, которые здесь приходится излагать словами, сложились в
сознании обреченного, точнее - молнией сверкнули в его мозгу, капитан сделал
знак сержанту. Сержант отступил в сторону.


Часть 2
1.
Пространственная локализация

Пэйтон Факуэр, состоятельный плантатор из старинной и весьма почтенной
алабамской семьи, рабовладелец и, подобно многим рабовладельцам, участник
политической борьбы за отделение Южных штатов, был ярым приверженцем дела
южан. По некоторым, не зависящим от него обстоятельствам, о которых здесь
нет надобности говорить, ему не удалось вступить в ряды храброго войска,
несчастливо сражавшегося и разгромленного под Коринфом, и он томился в
бесславной праздности, стремясь приложить свои силы, мечтая об увлекательной
жизни воина, ища случая отличиться. Он верил, что такой случай ему
представится, как он представляется всем в военное время. А пока он делал,
что мог. Не было услуги - пусть самой скромной, - которой он с готовностью
не оказал бы делу Юга; не было такого рискованного предприятия, на которое
он не пошел бы, лишь бы против него не восставала совесть человека
штатского, но воина в душе, чистосердечно и не слишком вдумчиво уверовавшего
в неприкрыто гнусный принцип, что в делах любовных и военных дозволено все.


2. Субъектная локализация:
Однажды вечером, когда Факуэр сидел с женой на каменной скамье у ворот
своей усадьбы, к ним подъехал солдат в серой форме и попросил напиться.
Миссис Факуэр с величайшей охотой отправилась в дом, чтобы собственноручно
исполнить его просьбу. Как только она ушла, ее муж подошел к запыленному
всаднику и стал жадно расспрашивать его о положении на фронте.
- Янки восстанавливают железные дороги, - сказал солдат, - и готовятся
к новому наступлению. Они продвинулись до Совиного ручья, починили мост и
возвели укрепление на своем берегу. Повсюду расклеен приказ, что всякий
штатский, замеченный в порче железнодорожного полотна, мостов, туннелей или
составов, будет повешен без суда. Я сам читал приказ.
- А далеко до моста?- спросил Факуэр.
- Миль тридцать.
- А наш берег охраняется?
- Только сторожевой пост на линии, в полмили от реки, да часовой на
мосту.
- А если бы какой-нибудь кандидат висельных наук, и притом штатский,
проскользнул мимо сторожевого поста и справился бы с часовым, - с улыбкой
сказал Факуэр, - что мог бы он сделать?
Солдат задумался.
- Я был там с месяц назад, - ответил он, - и помню, что во время
зимнего разлива к деревянному устою моста прибило много плавника. Теперь
бревна высохли и вспыхнут, как пакля.

3. Пространственная:

Тут вернулась миссис Факуэр и дала солдату напиться. Он учтиво
поблагодарил ее, поклонился хозяину и уехал. Час спустя, когда уже стемнело,
он снова проехал мимо плантации в обратном направлении. Это был лазутчик
федеральных войск.


Часть 3
Пространственная локализация:

1. Человек в воде увидел глаз человека на мосту,
смотревший на него сквозь щель прицельной рамки.

2. Какой мягкой травой заросла эта
неезженная дорога! Он уже не чувствовал ее под ногами!

3. Пэйтон Факуэр был мертв; тело его, с переломанной шеей, мерно
покачивалось под стропилами моста через Совиный ручей.

Субъекиная локализация – вся остальная часть 3





Татьяна Коровина

Сообщения : 15
Дата регистрации : 2016-02-17

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: 2016 - Задание 07

Сообщение  Артем Тевяшев в Чт Апр 07, 2016 4:48 am

Рассказ Амброуза Бирса "Случай на мосту через Совиный ручей".
1.
В данной части в большей мере представлено панорамное повествование с элементами описания. Очень важно заострить внимание на таком аспекте точки зрения, как пространственная локализация, заметны быстрые перемещения "кинокамеры": сначала внимание заострено на мосту и людях, расположившихся на нем, далее взгляд отдаляется, и читатель может наблюдать и речку, и берега, и уходящие вдаль шпалы, после внимание концентрируется на центральной фигуре "человека со связанными руками". Автор здесь - нейтральный повествователь, он не принимает участия в описываемых действиях. К концу части он и вовсе проникает внутрь героя, давая тем самым читателю увидеть происходящее глазами приговоренного, в дело идет несобственно-авторская речь, тип повествования сменяется на сценический ( показано внутреннее состояние героя, выраженное во внутреннем монологе и прямой речи ).
2.
В этой части также представлен панорамный тип повествования, автор по-прежнему - нейтральный повествователь. Да, им вводится диалог Пэйтона Факуэра с солдатом, но этот диалог читатель вместе с автором наблюдают со стороны, можно видеть его комментарии и оценки.
3.
В данной части точки зрения автора и героя необычайно близки: несобственно-авторская речь (внутренняя речь героя представлена в этой части в большей мере: "Смерть через повешение на дне реки! Что может быть нелепее!"), проявление сценического типа повествования, но автор - все еще нейтральный повествователь. Неожиданно вставленная прямая речь: "Рота. смирно!... Ружья к плечу!... Готовсь... Целься... Пли!", - позволяет оторваться читателю от глаз героя и взглянуть на происходящее со стороны, более масштабно, чтобы потом опять вернуться назад. В конце концов герой и автор отдаляются, читатель может наблюдать за героем со стороны, "камера" отодвиается, вводится панорамный тип повествования, автор комментирует действие.

Артем Тевяшев

Сообщения : 12
Дата регистрации : 2016-02-17

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: 2016 - Задание 07

Сообщение  Чурикова Елена в Чт Апр 07, 2016 5:32 am

1 ЧАСТЬ
Тип повествования - панорамный: автор прямо проявляет свое сознание ("Смерть - высокая особа, и если она заранее оповещает о своем прибытии, ее следует принимать с официальными изъявлениями почета; это относится и к тем, кто с ней на короткой ноге" - очевидное авторское суждение). Повествователь нейтрален; конкретно он в тексте не обозначен, но голос автора с его субъективной оценкой действия и действующих лиц хорошо слышен на протяжении первой части ( Человеку, которому предстояло быть повешенным, было на вид лет тридцать пять. Судя по платью - такое обычно носили плантаторы, - он был штатский";  "Закон военного времени не скупится на смертные приговоры для людей всякого рода, не исключая и джентльменов" ). Вся первая часть - монолог, за которым сначала ощущается фигура автора; в конце же эта форма организации повествования остается неизменной, но теперь принадлежит герою рассказа ("Он заметил пляшущее в воде бревно и проводил его взглядом вниз по течению. Как медленно оно плыло! Какая ленивая река!" - субъективное восприятие героя).

2 ЧАСТЬ
Тип повествования -панорамный ( "...не было такого рискованного предприятия, на которое он не пошел бы, лишь бы против него не восставала совесть человека штатского, но воина в душе, чистосердечно и не слишком вдумчиво уверовавшего в неприкрыто гнусный принцип, что в делах любовных и военных дозволено все"). Монолог под конец части сменяется диалогом; повествователь нейтрален, как и в первой части.

3 ЧАСТЬ 
Панорамный тип  повествования ("Мозг его работал с такой же энергией, как его руки и ноги; мысль приобрела быстроту
молнии...) часто и быстро сменяется сценическим, когда меняется фигура повествователя - с нейтрального на героя-повествователя. Финал рассказа, раскрывающий нам, что герой все же погиб, а не спасся, объясняет такой композиционный прием: с его помощью передана хаотичная смена картин, пространств и ощущений, возникающих в бреду агонии повешенного. Монологи от лица героя и автора так же беспорядочно чередуются на протяжении всей 3-ей части рассказа.

Чурикова Елена

Сообщения : 11
Дата регистрации : 2016-02-15

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: 2016 - Задание 07

Сообщение  Ирина Клименко в Чт Апр 07, 2016 5:37 am

Часть I

В первой половине этой главы представлено панорамное повествование. Автор, как в следующих двух частях, предстает здесь нейтральным повествователем. Читатель слышит его голос, видит оценочность его суждений, но понимает, что тот не является непосредственным участником или свидетелем действия. Основная задача писателя здесь - пространственно локализовать происходящие события, выразить суть ситуации и свое отношение к ней. Он крупным планом показывает нам солдат-"палачей"; неподвижных часовых, замерших в напряженной позе, требующей неестественного положения тела, с ружьями "на караул", которым "знать о том, что происходит на мосту, не входило в обязанности". Часовые "казались статуями, поставленными для украшения моста" . Эта неестественность поз, разделенность на "солдат", "часовых", "лейтенанта", напряженность показывает равнодушие людей к их роли, к тому, что они должны убить другого человека, не смотря на то, что "по кодексу военного этикета безмолвие и неподвижность знаменуют глубокое почтение". Их фигуры, как уже было сказано, выделяются крупными мазками, как будто свет лампы выхвачивает их по-отдельности. Таким же способом автор показывает и жертву, приговоренного к смерти. Мы видим его крупным планом. Речь автора меняется. Язык несколько "теплеет", что выдает авторское отношение к персонажу.
Со второй половины главы тип повествования меняется. Постепенно оно переходит в сценическое. Вводится внутренняя речь: " Как медленно оно плыло! Какая ленивая река!" Затем, мы воспринимаем мир через ощущения героя: слышим тиканье его часов, и вместе с ним нам это кажется ударами колокола. Наконец, появляется мысленный монолог.
Часть II

Главу 2 тоже можно разделить на две половины. В первой - панорамное повествование, перемежающееся, тем не менее, со сценическим: "Он верил, что такой случай ему представится, как он представляется всем в военное время". Это внутреннее состояние героя, его мысли. Читатель знакомится с прошлой жизнью Пэйтона Факуэра, с его семьей, с историческим контекстом событий рассказа. Затем, повествование переходит в сценическое. Появляется диалог между Факуэром и солдатом. Затем - снова в панорамное.
Часть III

Эта часть в основном построена на сценическом повествовании, на внутренней речи героя, что местами перемежается с панорамным повествованием. Где это происходит, становится трудно разъединить голос автора и голос самого Пэйтона Факуэра. Мысли и чувства персонажа сливается с отвлеченным описанием действия, окружающего мира. Сложно понять, чьими глазами мы видим происходящее на самом деле. Мы также встречаемся в этой части с примером несобственно-авторской речи: "Он отметил серый цвет этого глаза и вспомнил, что серые глаза считаются самыми зоркими и что будто бы все знаменитые стрелки сероглазы."О таком свойстве сероглазых стрелков герой мог слышать от кого-то, или читать. Это не рожденные им самим мысли, и не мысли автора. Далее появляется прямая речь командира, отдающего приказ стрелять. Затем, идет резкий переход к панорамному повествованию, а затем - снова к сценическому: следует внутренний монолог героя. Далее уже нельзя четко разграничивать два типа повествования. Они смешиваются между собой, создавая очень эмоциональную картину мучительного бегства. Кульминацией этого становится видение дома и жены, где речь автора перетекает в мысль персонажа: "Толкнув калитку и сделав несколько шагов по широкой аллее, он видит воздушное женское платье; его жена, свежая, спокойная и красивая, спускается с крыльца ему навстречу. На нижней ступеньке она останавливается и поджидает его с улыбкой неизъяснимого счастья, - вся изящество и благородство. Как она прекрасна!". Последний абзац полностью переходит в панорамное повествование. Читатель неожиданно возвращается к реальности и совершенно неожиданно узнает, что все это было предсмертным бредом Пэйтона Факуэра, что весь рассказ занял в действительности не больше долей секунды. Автор показал тот феномен, о котором говорят, что "перед смертью вся жизнь проносится перед глазами".

Ирина Клименко

Сообщения : 13
Дата регистрации : 2016-02-17

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: 2016 - Задание 07

Сообщение  Мазанова Дарья в Чт Апр 07, 2016 7:05 am

Часть 1.


В первой части рассказа Амброуза Бирса "Случай на мосту" мы можем наблюдать панорамный тип повествования, автор прямо проявляет свое сознание и является нейтральным повествователем. Автор обрисовывает нам картину происходящего, то удаляясь от главного героя, то приближаясь к нему и изображая мельчайшие детали. Мы видим портрет героя, однако в этой части так и не узнаем его имени.
Несмотря на то, что тип повествования этой части преимущественно панормный, в ней "проявляется" и главный герой. В четвертом абзаце представлен небольшой внутренний монолог героя: "
Он взглянул на свое шаткое подножие, затем обратил взор на бурлящую речку, бешено несущуюся под его ногами. Он заметил пляшущее в воде бревно и проводил его взглядом вниз по течению. Как медленно оно плыло! Какая ленивая река!"
В шестом абзаце представлены мысли героя в форме прямой речи:
"Он открыл глаза и снова увидел воду под ногами. "Высвободить бы только руки, - подумал он, - я сбросил бы петлю и прыгнул в воду. Если глубоко нырнуть, пули меня не достанут, я бы доплыл до берега, скрылся в лесу и пробрался домой. Мой дом, слава богу, далеко от фронта; моя жена и дети пока еще недосягаемы для захватчиков"."
Таким образом, в конце первой части появляется сценический тип повествования, когда сознание автора "спрятано" в герое.


Часть 2.



Во второй части, как и в первой, присутствуют и панорамный, и сценический типы повествования. Автор тут является нейтральным повествователем.
Часть начинается с называния имени главного героя и своеобразной предыстории. Мы как бы сближаемся с главным героем, узнаем его имя и подробности биографии, видим его дом. Всё происходящее изображено в довольно мелких деталях, будто бы мы находимся там же и можем всё рассмотреть ("
Факуэр сидел с женой на каменной скамье", "ее муж подошел к запыленному всаднику")
В этой части появляется диалог:
"<...>
- А далеко до моста?- спросил Факуэр.
- Миль тридцать.
- А наш берег охраняется?
<...>"


Часть 3.



Данная часть особенно выделяется из всех, потому что в ней преобладает сценический тип повествования и присутствует внушительного размера внутренний монолог. Чувства и мысли главного героя играют здесь самую важную роль, и, по моему мнению, можно даже говорить о том, что в этой части появляется герой-повествователь.
Предпоследний и последний абзацы представляют собой своеобразный контраст и играют важную роль в развязке.
В предпоследнем абзаце мы видим чудесный дом главного героя, где "
все радостно сверкает", его жену и его самого. Вся картина предстает довольно мирно и счастливо, несмотря на то, что образ жены, по моему мнению, уже подсказывает, что что-то не так: несколько раз повторяется, как истощен и измучен главный герой, изображается его опухшая шея и высунутый от жажды язык, образ жены при этом степенен и отчасти волшебен: она не кидается к мужу в ужасе от его истощения, напротив, "свежая, спокойная и красивая, спускается с крыльца ему навстречу". Всё это немного напоминает какой-то сон или бред, помутнение рассудка.
И тут автор будто бы выкидывает нас из этого волшебного сна в реальность, счастливую картину разбивает "
яростный удар", обрушившийся на шею героя. Внезапно появляется панорамное повествование, и мы понимаем, что всё вышеописанное действительно являлось лишь предсмертной фантазией главного героя: "Пэйтон Факуэр был мертв; тело его, с переломанной шеей, мерно покачивалось под стропилами моста через Совиный ручей."

Мазанова Дарья

Сообщения : 12
Дата регистрации : 2016-02-18

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: 2016 - Задание 07

Сообщение  Марина Белозёрова в Чт Апр 07, 2016 6:35 pm

Часть 1

1) Панорамное повествование:
- "На железнодорожном мосту, в северной части  Алабамы,  стоял  человек..."
- "Когда эти мысли, которые здесь приходится излагать словами, сложились в сознании обреченного..."
2) Внутренняя речь (чужое слово уподобляется авторскому):
- "На обоих концах моста стояло по часовому с ружьем  "на  караул"
- "...рота  солдат-пехотинцев  в  положении "вольно"
3) Внутренний монолог:
- "Как  медленно  оно  плыло! Какая ленивая река!"
4) Сценическое повествование:
- "Высвободить бы  только руки, - подумал он, - я сбросил бы петлю и  прыгнул  в  воду <...>"

Часть 2

1) Панорамное повествование:
- "Пэйтон Факуэр, состоятельный плантатор из старинной и весьма  почтенной алабамской семьи..."
- "Тут  вернулась  миссис  Факуэр  и  дала  солдату  напиться. <...>"
2) Сценическое повествование (диалог):
- "- Янки восстанавливают железные дороги <...>
   - А далеко до моста?- спросил Факуэр.
    - Миль тридцать."


Часть 3

1) Панорамное повествование:
- "Падая в пролет моста, Пэйтон Факуэр потерял сознание..."
- "Пэйтон  Факуэр  был  мертв..."
2) Внутренний монолог (чужое слово уподобляется авторскому):
- "Смерть через повешение на дне реки! Что может быть нелепее?"
- "...но как далеко,  как  недосягаемо далеко!"
- "Какой  мягкой  травой  заросла  эта неезженная дорога!"
- "Как она прекрасна!"
3)Сценическое повествование:
- "Быть  повешенным  и  утопленным, - подумал он, - это еще куда ни шло..."
- "Наденьте, наденьте опять!"
- " - Рота. смирно!... Ружья к плечу!... Готовсь... Целься... Пли!"
- "Лейтенант, - рассуждал он, - допустил ошибку..."
- "Больше  они  этого  не  сделают..."

Марина Белозёрова

Сообщения : 13
Дата регистрации : 2016-02-18

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: 2016 - Задание 07

Сообщение  Ярцев Ростислав в Пт Апр 08, 2016 1:49 am

АМБРОУЗ БИРС
«Случай на мосту через Совиный ручей»

1)«Объективная» форма повествования: собственно авторское повествование. Автор угадывается исключительно на стилистическом уровне.

Уже заглавие рассказа Амброуза Бирса наводит на мысль об объективности и достоверности повествования (ключевое слово «случай» отсылает нас к реальным, чуть ли не задокументированным событиям). Повествование от третьего лица в начале и в финале произведения подтверждает мысль о важности собственно авторского повествования в тексте.


Посмотрим, какую роль играет данный тип повествования в разных частях произведения.


«На железнодорожном мосту, в северной части  Алабамы,  стоял  человек  и смотрел вниз, на быстрые воды в двадцати футах под ним.  Руки  у  него  были связаны за спиной. Шею стягивала веревка. Один конец  ее  был  прикреплен  к поперечной балке над его головой и свешивался до его колен». Вот начало рассказа, и в нём, бесспорно, наблюдается нейтральный, объективный повествователь: он вводит читателя в хронотоп произведения, где впоследствии развернётся сюжет. Этим обусловлен и панорамный тип повествования.


«Объективная» форма повествования во второй и третьей частях выполняет иные функции. Панорама изображаемых событий во второй части показана с целью ознакомления реципиента с историей личности героя; в третьей же части панорамное повествование от третьего лица становится актуальным в ключевые моменты развития сюжета (кульминация и развязка).


Ср.:
«По некоторым, не зависящим от него обстоятельствам,  о  которых  здесь нет надобности говорить, ему не удалось вступить  в  ряды  храброго  войска, несчастливо сражавшегося и разгромленного  под  Коринфом,  и  он  томился  в бесславной праздности, стремясь приложить свои силы, мечтая об увлекательной жизни  воина,  ища  случая  отличиться…» (начало 2 части рассказа, сжатая биография героя); «К вечеру он обессилел от усталости и голода. Но мысль о  жене  и  детях гнала его вперед. Наконец он выбрался на  дорогу  и  почувствовал,  что  она приведет его к дому…» (2 часть рассказа, сцена видения, которая совпадает с кульминацией рассказа); «Пэйтон  Факуэр  был  мертв;  тело  его,  с  переломанной  шеей,   мерно покачивалось под стропилами моста через Совиный ручей» (финал произведения).

Таким образом, панорамный тип повествования, повествование от третьего лица как бы «сшивает» сюжетообразующие ситуации между собой и позволяет автору сделать акценты на значимых по смыслу элементах художественного времени и пространства, а также на событиях, вписанных в них. Изображаемый мир художественно трансформируется писателем в изображённый так, чтобы события обрели психологизм, но не утратили реалистическое правдоподобие и достоверность.


2)«Несобственно-авторская» форма повествования: смещение на сознание героя. Как правило, данный тип повествования можно наблюдать в таких средствах психологизма, как внутренний монолог героя. Такая форма речи в произведении позволяет достичь колоссальной художественной выразительности и раскрывает мир переживаний внутреннего «я».


Уже в первой части рассказа появляется внутренний монолог героя: «Высвободить бы  только руки, - подумал он, - я сбросил бы петлю и  прыгнул  в  воду.  Если  глубоко нырнуть, пули меня не достанут, я бы доплыл до  берега,  скрылся  в  лесу  и пробрался домой. Мой дом, слава богу, далеко от фронта; моя жена и дети пока еще недосягаемы для захватчиков».


Внутренний монолог героя продолжается, конечно, непрерывно на протяжении всего сюжета, однако повествователь меняет планы изображения. Мы наблюдаем и план автора, и план героя. Чаще, как мы уже заметили, слова героя при «несобственно-авторском типе повествования» смещение на сознание героя происходит посредством использования внутреннего монолога.


В рассказе Амброуза Бирса внутренний монолог героя вписан в особенно напряжённые моменты, такие, как рассуждения о неизбежной смерти. Вот пример внутреннего монолога из 3 части рассказа: «Быть  повешенным  и  утопленным,  - подумал он, - это еще куда ни шло; но я не  хочу  быть  пристреленным.  Нет, меня не пристрелят; это было бы несправедливо» .


Есть в рассказе и прямая речь в форме диалога, что также передаёт особенности живой речи и представляет собой «сценическую» форму повествования.


Диалог появляется во второй части («- А если бы какой-нибудь кандидат висельных наук,  и  притом  штатский, проскользнул мимо сторожевого поста и справился бы с часовым,  -  с  улыбкой сказал Факуэр, - что мог бы он сделать? Солдат задумался.  - Я был там с месяц назад, - ответил  он,  -  и  помню,  что  во  время зимнего разлива к деревянному устою моста  прибило  много  плавника.  Теперь бревна высохли и вспыхнут, как пакля»).

Этот диалог выводит нас на внутренний конфликт произведения – невозможность мирного человека ни принять войну, ни уйти от её кровожадного террора («Закон  военного  времени  не скупится на смертные  приговоры  для  людей  всякого  рода,  не  исключая  и джентльменов» – вот главная мысль произведения, находящая на протяжении всего рассказа лейтмотивные отголоски и в сознании самого героя).


3)«Несобственно-прямая речь»(По М.М. Бахтину): очень маркированная речь, которая характеризует и речь, и сознание героя. Часто речь автора почти сливается с речью героя, автор «растворяется во внешней… и внутренней…форме. Отсюда кажется, что его нет». В сложной ситуации выделяется план автора и план героя.


Стремление к слиянию голосов автора и героя происходит при крайней близости друг к другу, говорит о невозможности приобретать позицию отстранённого судьи. Задача – увеличение реалистичности.


Ср.:
1 часть: «Он заметил пляшущее в  воде бревно и проводил его взглядом вниз по  течению.  Как  медленно  оно  плыло! Какая ленивая река!».
2 часть: «Он  верил,  что  такой  случай  ему представится, как он представляется всем в военное время. А пока  он  делал, что мог».
3 часть: «Смерть через повешение на дне реки! Что может быть нелепее? Он открыл  глаза в темноте и увидел над головой слабый свет, но как далеко,  как  недосягаемо далеко!»; «На нижней ступеньке она останавливается и поджидает его с улыбкой неизъяснимого счастья, - вся изящество и благородство. Как она прекрасна!».


Таким образом, более всего смешение собственно авторской и речи героя наблюдается в третьей, кульминационной, части произведения, когда сознание героя граничит с подсознанием и беспамятством. После смерти план психологических переживаний резко сменяется очевидным планом автора-повестователя.


Итак, Амброуз Бирс использует в рассказе различные типы повествования. Это делается затем, чтобы полно и остро передать внутренний мир героя, драматизм ситуации и идею рассказа: жизнь мирного героя беспощадно разрушается войной, ужас и диссонанс окружающего мира настигает человека везде – и наяву, и в мечтах; и уйти от кошмара гражданской войны можно, только умерев. Смерть, как развязка рассказа, и является точкой схождения всех типов повествования в произведении, которое отличается полифонизмом и наложением речи героев и автора.

Ярцев Ростислав

Сообщения : 14
Дата регистрации : 2016-02-17
Возраст : 19

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: 2016 - Задание 07

Сообщение  Спонсируемый контент Сегодня в 7:07 am


Спонсируемый контент


Вернуться к началу Перейти вниз

Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу

- Похожие темы

 
Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения